После Октябрьской революции, когда старые правоохранительные институты страны были разрушены, а новые еще не созданы, некоторые функции государства по охране правопорядка и борьбе с преступностью были возложены на различные рабоче-крестьянские формирования. Дружинники носили оружие, могли сами задерживать правонарушителей, имели практически все права и обязанности милиционеров.
В середине 1920-х годов эти гражданские отряды начали упорядочиваться официальными властями. В 1928 году возникли добровольные общества содействия милиции, что стало первым прообразом единой формы массового добровольного участия населения в охране порядка.
К январю 1930 года СНК РСФСР принял постановление «Об обществах содействия органам милиции и уголовного розыска», где впервые вводился ряд правовых норм, относящихся к вопросам организации и деятельности добровольных обществ содействия милиции. В частности, в нем четко было определено, кто мог быть членом ОСОДМИЛа, порядок вступления в общество, задачи, выполняемые бойцами ОСОДМИЛа и т. д.
Люди вступали в ОСОДМИЛ не просто отбывать повинность, а чтобы реально противодействовать преступности. Они работали на совесть, оказывая большую помощь в поддержании порядка на улицах городов и поселков, более того, Общество стало кадровым резервом для пополнения милиции проверенными и довольно подготовленными кадрами.
На рубеже 30-х годов общее число ячеек ОСОДМИЛа только в РСФСР достигло 2,5 тысяч. Польза от патрульных ОСОДМИЛа была немалая. В некоторых районах более половины лиц, задержанных за хулиганство, приходилось на долю бесстрашных помощников милиции. Кстати, именно осодмильцам приписывают раскрытие резонансного убийства Павлика Морозова и его младшего брата Федора.
Официальная идеология представляла ОСОДМИЛьцев как борцов с «классово чуждым элементом». Идеологическое противостояние в советском обществе сказалось и на деятельности этой, казалось бы, далекой от политики организации. Так, например, газета «Вечерняя Москва» сообщала, что 17 апреля 1932 года кустарь-одиночка И.А.Журавлев убил своего сына Виктора. В статье говорилось: «…Ударник и активист, деятельный член ОСОДМИЛа, премированный за ударную работу, Виктор Журавлев подвергался систематическим преследованиям со стороны отца, который не раз угрожал расправиться с ним, если он не оставит своей работы в ОСОДМИЛе. Столкнулись два враждебных друг другу мира. Журавлев-отец - пьяница, дебошир, последовательный пособник классового врага и Журавлев-сын, не покладая рук работавший над оздоровлением рабочего быта». Автор статьи призывал провести показательный суд над убийцей Виктора Журавлева. «Классовый враг, его сообщники и пособники должны быть разоблачены советским судом перед лицом трудящихся масс», - писал он.
ОСОДМИЛьцы, при исполнении своих обязанностей, пользовались правами должностных лиц, имели удостоверения и носили нагрудные знаки. В отдельных случаях членам общества органами милиции и уголовного розыска выдавалось оружие, которое подлежало сдаче по окончании операции. Бойцам ОСОДМИЛа предоставлялось также право составлять протоколы о нарушениях обязательных постановлений местных Советов.
Особое место в истории ОСОДМИЛа занимает его символика. Нагрудный знак выпускался в 1930–1932 годах в двух размерах. Малый вариант (23 × 26 мм) носили на лацкане пиджака, крупный (31 × 42 мм) — на левой стороне груди. Знак представлял собой бронзовый посеребрённый щит, обрамлённый колосьями. В центре — сцена мирного труда: тракторист на фоне завода и домов. В верхней части — серп и молот, подчёркивающие связь с государственными структурами. Поверх щита по диагонали проходит лента с аббревиатурой «ОСОДМИЛ». Каждый знак имел личный номер.
